Хлопцы и «стальные кони».


До праздничной передачи машин землякам дело дошло исключительно в апреле. 22 апреля 1943 года в селе Нижняя Дуванка сегодняшней Луганской области восемь новых танков «Т-34» были выстроены на лугу за селом. С башен еще не были сняты пулеметы ДТ, которые при долгих маршах прикрывали колонну от атак с воздуха, краска, которой Хлопцы и «стальные кони». с величавым старанием были выведены слова «Воронежский колхозник», еще не высохла.
Но на эти детали внимания никто не направлял. Напротив боевых машин выстроился личный состав 19-го гвардейского танкового полка, справа – командование корпуса, гости и деревенская детвора.
Посреди членов делегации, которую по традиции возглавлял секретарь Воронежского горкома, были зачинатели сбора средств – калачеевские Хлопцы и «стальные кони». «танковладельцы» Крамарев и Белоглядова. Числилось, что любой из их на свои средства заполучил по танку. На башнях 2-ух машин были надписи: «Крамарев Ераст Федорович» и «Белоглядова Марфа Ивановна».

Боевая машина, обретенная на средства Белоглядовой, была вручена экипажу командира 2-й танковой роты бригады старшему лейтенанту М.В. Власенко. 2-ой именной танк Хлопцы и «стальные кони»., «Крамарев Ераст Федорович», с башенным номеров «С-172», а вкупе с ним и два «безымянных» – «С-173» и «С-174», передали экипажам взвода гвардии лейтенанта Лысенко.


Уроженец Полтавской губернии, кадровый офицер, коммунист, воевавший на фронтах Величавой Российскей с первого денька войны, был в полку личностью известной, даже известной. Да что Хлопцы и «стальные кони». в полку, во всей 2-й мехбригаде не было человека, который не слышал о 28-летнем Иване Лысенко. Слава пришла к нему как раз 22 апреля.


Вкупе с делегацией воронежцев для праздничной передачи техники в полк приехало командование корпуса: командир 1-го гвардейского мехкорпуса генерал-майор Иван Руссиянов и его заместитель генерал-майор Хлопцы и «стальные кони». Сергей Денисов. Последний еще не вполне оправился от томного ранения, приобретенного им в самом начале 1943-го.
В ту пору фашистское командование делало все для того, чтоб деблокировать окруженные в районе Сталинграда войска Паулюса. Мехкорпус, действовавший в составе 3-й гвардейской армии, имел наступательную задачку: прорвать оборонительную полосу немецко-фашистских войск на реке Хлопцы и «стальные кони». Чир.
4 января Сергей Иванович Денисов лично управлял действиями корпуса на поле боя. Его командирский «ИС» вырвался из строя машин на несколько сотен метров вперед и был подбит. Генерал, выбравшийся из загоревшегося танка, лежал метрах в 3-х от нее. Смерть танка замкома лицезрели несколько экипажей, но в пылу боя, когда Хлопцы и «стальные кони». неприятель, имея приемущество, как это принято гласить, в живой силе и технике, давит прямо на тебя, решиться на рывок вперед может не каждый. Тогда мужества сделать этот шаг хватило только у Лысенко. Перескочив меж 2-мя танками противника, он на полном газу «доскакал» до генерал-майора и Хлопцы и «стальные кони»., пока стрелок и шофер отстреливались, вкупе со стрелком перетащили генерал-майора, получившего тяжелое ранение, в свою машину. Доставив раненого на КП полка, Лысенко с экипажем возвратился в бой.

С течением времени этот эпизод в полку забылся, ну и сам Иван Лысенко все пореже вспоминал о том январском бое. Что до Хлопцы и «стальные кони». генерала, то оправился от ранения он исключительно в марте. Естественно, фамилии собственного спасателя не знал, но, как выяснилось, запомнил лицо.
И вот 22 апреля в строю 2-й роты генерал вызнал его. В тот же денек командиром мехбригады полковником Ходяковым был подписан наградной лист, в каком лейтенант Лысенко представлялся к ордену Красноватой Звезды Хлопцы и «стальные кони». за подвиг, совершенный три с половиной месяца вспять…


По случаю приезда гостей состоялся митинг. Гвардейцы благодарили земляков за подарки, давали клятву бесчеловечно лупить неприятеля. Как вспоминал позже комкор Руссиянов, растроганные теплым приемом бойцов гости больше молчали, и только Ераст Федорович был «в ударе». Семидесятипятилетний колхозник еще по пути в Хлопцы и «стальные кони». часть очень переживал: кому же достанется машина, обретенная на его кровные, «медовые» рубли. Старенькый пасечник продал все, что припасли его пчелы в прошедшем году, даже к чаю для себя меда не оставил. А поэтому считал нужным лично проинспектировать и саму машину, и ее будущий экипаж.
Он с Хлопцы и «стальные кони». пристрастием оглядел все до мелочей в танке, потрогал, прочно ли привинчено-приварено, расспросил каждого члена экипажа «своего» танка о боевых делах, просил танкистов сберегать машину, резвее гнать на ней фашистов с русской земли. То и дело демонстрировал телеграфный бланк, на котором в самом низу стояла подпись «И. Сталин», а выше Хлопцы и «стальные кони». - фраза: «Примите мой привет и благодарность Красноватой Армии зпт Ераст Федорович зпт за Вашу заботу о бронетанковых силах Красноватой Армии». В особенности ему понравилось то, что у командира танка на гимнастерке висел орден. Он не запомнил имени танкиста, но вот заслуга врезалась в его память. Позднее, в 44-м, когда Хлопцы и «стальные кони». он сдал еще 100 тыщ рублей, сейчас уже на строительство именного самолета, став знаменитостью в Калачеевском районе, и к нему стали приезжать журналисты, он говорил корреспонденту «Коммуны» М. Василенко об этой заслуге «высокого такового украинца», хотя и был-то Лысенко выше дарителя всего на полголовы.
После вручения экипажам боевых машин Хлопцы и «стальные кони». состоялся парад. Совместно с командованием корпуса его воспринимали дорогие гости из Воронежской области. Все, не считая Крамарева. Ераст Фёдорович с помощью экипажа забрался в танк и по-молодецки выглядывал из лючка, проезжая мимо импровизированной трибуны. Естественно, эта машина шла во главе колонны…
Спустя полтора месяца танки воронежцев Хлопцы и «стальные кони». шли приблизительно в том же порядке, но уже на передовой. Боевое крещение они приняли на Харьковщине. Для практически половины из их оно же стало последним боем.

Минус четыре.


Днем 18 июля части 1-го гвардейского мехкорпуса вошли в прорыв, сделанной намедни 8-й гвардейской армией юго-восточнее городка Изюм. Но неприятель их Хлопцы и «стальные кони». уже ожидал.
Гвардейцев повстречали закопанные в землю и отлично за-маскированные в кустарниках танки противника. Гитлеровцы приготовили и очередной «сюрприз»: противотанковые торпеды, которые запускались из окопов и управлялись по проводам. Через час атака красноармейцев захлебнулась, а к полудню уже тяжело было осознать: кто конкретно из врагов обладает инициативой. Было ясно, что ночкой Хлопцы и «стальные кони». гитлеровцы подтянули резервы и хоть какой ценой стремились закрыть путь нашим войскам к станции Барвенково, утрата которой для неприятеля означало в сложившейся обстановке катастрофу на данном участке фронта.


19-й танковый, поддерживаемый пехотой 1-го мотострелкового батальона бригады майора Е.Я. Лишенко, продвигался к маленькому селу Пасека. Не доходя до Хлопцы и «стальные кони». него 2-ух км, на подступах к маленький рощице путь полку преградили два противотанковых орудия. Их размещение было выбрано так успешно, что эти пушки могли сдерживать два 10-ка танков без осязаемых утрат. Командир полка майор Свиридов на собственной машине предпринял было обходной маневр, но огнем был загнан в овраг. Еще Хлопцы и «стальные кони». два танка получили повреждения. Гвардейцы оказались зажатыми меж рощей и Северным Донцом, став легкой мишенью для неприятельских штурмовиков. Выручила полк «Марфа Ивановна», выскочив прямо перед неприятельскими артиллеристами. Или фашисты не ждали удара в лоб, или задержка у их произошла по некий другой причине, но этих нескольких 10-ов секунд Хлопцы и «стальные кони». Власенко и двум другим «колхозникам» хватило, чтоб «пролететь» страшную зону. Предстоящее, как говорится, было делом техники. Танки проутюжили и капониры с орудиями, и примыкающие окопы, раздавив пушки и около 30 фашистов.
С задачей полк совладал, и Пасеку очистил от неприятеля, но оказался при всем этом окруженным с 3-х сторон. Это стало ясно Хлопцы и «стальные кони». уже к вечеру. Пехота и танкисты стали занимать радиальную оборону, задерживать которую им предстояло трое суток, отражая гневные контратаки неприятельских танков, мотопехоты, авиации.
Невзирая на ожесточенность боев первого денька, невозвратных утрат посреди «колхозников» не было.


Днем 19 июля горловина «мешка», в каком оказался 19-й танковый, начала сужаться. Охваченное Хлопцы и «стальные кони». густым дымом от 10-ов пожаров украинское село справа обходили фашистские танки, слева - германские автоматчики, скрываясь в той рощице, которую намедни полк отбил благодаря отваге гвардии старшего лейтенанта Власенко. Появились и начали кидать бомбы «юнкерсы», «включилась» неприятельская артиллерия.
В этом аду танкисты стали прорываться на северо-восток по оставшемуся Хлопцы и «стальные кони». узенькому проходу, еще удерживаемому пехотой. Выходили с боем, лавируя, расширяя проход и стараясь нанести наибольший урон противнику.


К концу 19 июля боевой счет «воронежских» танков составлял уже 9 танков противника, три его самоходных орудия, 11 противотанковых пушек, семь минометных батарей и до 2-ух батальонов живой силы противника. В тот денек отличился экипаж лейтенанта Брагина Хлопцы и «стальные кони»., уничтоживший четыре неприятельских танка. Но стоимость, которую заплатил полк за эти результаты, была очень велика.


Первой жертвой посреди «колхозников» стал экипаж командира взвода гвардии старшего лейтенанта Алексея Ивановича Никитченко. Его «стальной конь» на предельной скорости ворвался на позиции противника. «Тридцатьчетверка» раздавила гусеницами три противотанковых орудия, убила несколько огневых точек Хлопцы и «стальные кони»., мешавших продвижению пехоты, нацелилась на минометную батарею. И в эту секунду с боковой стороны практически в упор стукнуло по танку фашистская пушка. Танк тормознул, задымил. Танкисты длительно отстреливались от наседавших на их германцев, вели огнь из пушки и пулеметов. В конце концов, когда боевая машина перевоплотился в горячо полыхавший Хлопцы и «стальные кони». костер. Последними словами гвардии лейтенанта, переданными по радиосвязи, были: «Командир, все тяжело ранены, выйти не можем, будем драться до последнего снаряда».


Все это разворачивалось на очах 1-го мотострелкового батальона бригады, состоявшего большей частью из воронежцев. Пехота залегла под гибельным огнем противника. Стиснув зубы, многие бойцы смотрели на беспомощно Хлопцы и «стальные кони». замершую посреди германских траншей «тридцатьчетверку». «Воронежский колхозник» горел, над ним подымалиь клубы густого темного дыма, пулемет замолк, но орудие продолжало стрелять. Как вспоминал позже генерал Руссиянов со слов командира батальона гвардии майора Лишенко, видя это, кто-то кликнул: «За воронежских!», тогда и батальон, как по команде, поднялся в атаку Хлопцы и «стальные кони».…


Экипаж похоронили спустя двое суток, когда противник был наконец отброшен от Пасеки, в километре к северо-востоку от села.
В одной могиле с Никитченко были погребены останки половины экипажа «Марфы Белоглядовой» - командир башни и стрелок-радист.
Намедни, 18 июля, танк уж горел. Фашистам удалось поджечь его тогда, когда «Марфа» «ровняла» позиции их Хлопцы и «стальные кони». артиллерии. Но тогда механику-водителю старшине Сергею Тюрину опытным маневром удалось сорвать пламя и вырваться из-под огня противника. 19-го ситуация повторилась. Опять попадание, опять пламя над машиной, но сейчас танк выйти из боя уже не сумел. Сам гвардии старший лейтенант Миша Власенко был тяжело ранен.


Спустя Хлопцы и «стальные кони». два денька командир 19-го танкового Свиридов представит его к ордену Российскей войны I-й степени. Он получит эту заслугу, правда, вполне оправиться и возвратиться в собственный полк уже не сумеет.
Подписал Свиридов и очередной наградной лист. В нем значилась фамилия гвардии старшего лейтенанта Лысенко. Вот только Ивана Павловича к Хлопцы и «стальные кони». тому моменту уже не было в живых.
Тот злосчастный бой 19 июля для командира экипажа «Крамарева» оказался тоже последним. При этом он оказался еще короче, чем у «Марфы». Выходя из рощи танк «потерял» гусеницу. Машину развернуло бортом к порядкам наступающего неприятеля. Наилучшей мишени и представить для себя тяжело. И Хлопцы и «стальные кони». этим не преминули пользоваться два самоходных орудия «Фердинанд», по очереди всаживая в землю вокруг обездвиженной машины снаряды. Пока механик и командир башни под огнем пробовали соединить траки, Лысенко отстреливался из пушки. При этом, достаточно удачно. Один «Фердинанд», зажегся: снаряд прорвал ему брюхо. Но практически сходу 2-ая самоходка пробила броню Хлопцы и «стальные кони». башни «Т-34». Иван Павлович был тяжело ранен. Танкисты вынесли собственного командира. Он погиб в тот же денек в медсанбате и похоронен у села Красноватый Оскол.
А 20 июля умер 4-ый «воронежский» танк. Его экипаж во главе с гвардии лейтенантом Василием Исаевичем Елепиным похоронен всего в нескольких сотках метров от могилы личного состава отделения Хлопцы и «стальные кони». Никитченко. Конкретно на столько смогла продвинуться мехбригада в тот денек…
Но, как ни удивительно, это была и последняя утрата колонны. Следующие тяжелейшие бои на местности левобережной Украины не вычеркнули больше ни одной машины из рядов 19-го полка. И хотя бывало всякое, 5 оставшихся «колхозников» с боями дошли Хлопцы и «стальные кони». до Днепра и были сданы перед тем, как 15 ноября 19-й гвардейский танковый полк был выслан на переформирование.
Почему 5? Да поэтому, что «Крамарева» возвратили в строй техники. Башню залатали, уже посреди августа его вел в бой младший лейтенант Владимир Шульга, прошлый командир башни этой же боевой машины. В сражении за Пасеку он Хлопцы и «стальные кони». тоже был ранен, и тоже представлен к заслуге – ордену Российскей войны II степени». И командир полка, и командир 2-й мехбригады подписали наградной лист. Но после возращения в часть танкист получил «Красную Звезду», а через несколько недель чуть не стал на воронежском танке Героем Русского Союза.

Несостоявшийся Герой Хлопцы и «стальные кони»..


В конце октября 1943 года в областной газете «Коммуна» было размещено письмо генерал-лейтенанта Руссиянова, датированное началом месяца. Послание было теплым и трогательным. Говорилось в нем и о дружбе первогвардейцев с трудящимися Воронежской области, зародившейся в тревожные сентябрьские деньки 41-го, и о том, что в томные деньки восстановления разрушенного германскими варварами Воронежа и Хлопцы и «стальные кони». многих других городов и сел области ее обитатели смогли дать государству 71 миллион рублей на строительство «Воронежского колхозника», и, естественно, о боевом пути неких из этих боевых машин. Итак вот, есть в этом письме такие строчки: «На танке, построенном на личные сбережения колхозника Эраста Федоровича Крамарева, отважный танкист Хлопцы и «стальные кони». Лысенко в 1-ые два денька боев уничтожил выше 150 гитлеровцев и подбил два германских танка. На этой же машине гвардии старшина Шульга в одном из последних боев на подступах к городку Запорожье уничтожил 3 томных германских танка «тигр». На данный момент на боевом счету машины колхозника Крамарева выше 500 германских гитлеровцев Хлопцы и «стальные кони»., 6 танков, 30 автомашин, 4 артиллерийских батареи противника. Владимир Шульга представлен к званию Героя Русского Союза».


И вправду, 24 сентября такая бумага пошла по инстанциям. На этот раз даже генерал Руссиянов, очень щепетильно относившийся к соотношению заслуги и определенного проявления отваги, поставил свою подпись под фразой «достоин награждения званием Героя Русского Союза». Вправду, храбрость и Хлопцы и «стальные кони». слаженность действий экипажа «Крамарева» в боях за освобождение Запорожья были достойны этого.
Во 2-ой половине сентября на подступах к городку развернулись томные бои. Волны атак шли то с одной, то с другой стороны. После пополудни 21-го числа немцы предприняли еще одну попытку вытеснить нашу пехоту с занятых намедни Хлопцы и «стальные кони». позиций. 11 «тигров» и 4 танка «Т-IV» двинулись к высоте 105,0, где в засаде находились посреди иных и «Крамарев». Подпустив танки неприятеля на верный выстрел, Шульга, не дожидаясь приказа, вывел свою машину из убежища и, за каких-нибудь несколько минут, 3-мя выстрелами поджег два и подбил очередной «тигр». Другие в Хлопцы и «стальные кони». панике начали отходить.
Шульга стал героем денька. Командир мехбригады гвардии подполковник Старков лично прибыл в полк поздравить с фуррором экипаж «Крамарева», отдал приказ командиру полка готовить документы «на Героя», а Шульге предложил нашивать офицерские погоны с одним просветом.
Погоны младшего лейтенанта были нашиты уже на новейшую гимнастерку. Но золотой звезды Хлопцы и «стальные кони». Героя на ней так и не появилось. Заместо нее в ноябре командир 19-го танкового полка гвардии майор Свиридов прикрепил на грудь Владимира Прокофьевича орден Красноватого Знамени.
Кстати, в письме Руссиянова именуется еще одна фамилия. «На танке с надписью «Воронежский колхозник» смело дрался герой-танкист Остяков. Действуя в тылу неприятеля, он в Хлопцы и «стальные кони». течение 1-го денька истребил 110 гитлеровцев, уничтожил эшелон противника с боеприпасами, разбил две артиллерийских батареи противника и 22 автомашины». К огорчению, мы не смогли отыскать никаких сведений об этом человеке. Контекст, в каком он упоминается, позволяет мыслить о том, что герой-танкист умер, но в перечнях боевых утрат Хлопцы и «стальные кони». полка он не упоминается. Изложение нанесенного противнику вреда, как и в случае с Шульгой, очевидно взято из наградного листа, да и в наградных документах корпуса за тот период Остякова нет. Так что эту историю мы, как досадно бы это не звучало, поведать не можем.

Как, вобщем, и то, что сталось с Хлопцы и «стальные кони». сами машинами после того, как полк убыл на переформирование. После полгого ремонта машины, обычно, перекрашивались, и в последующий собственный бой шли уже с башенными номерами, принятыми в новейшей части. Вероятнее всего, так случилось и с пятью уцелевшими «колхозниками».


hod-nablyudeniya-municipalnoe-avtonomnoe-doshkolnoe-obrazovatelnoe-uchrezhdenie-crr-detskij-sad-77-zorenka.html
hod-podgotovki-k-prakticheskomu-zanyatiyu.html
hod-raboti-i-analiz-izuchennogo-materiala.html